Арина Покровская
юристы и психологи: компетентная помощь
Запишитесь на консультацию

Мой ребенок не ест – что делать?

Правила детской еды.

Дети должны есть. Это факт. Маленькие дети еще и должны есть часто и полезно. Если взрослые могут несколько недель или месяцев голодать или травить свой организм чипсами, газировкой, и сосисками безнаказанно, то для ребенка такое даром не пройдет.

Как всем известно, для младенца голод действительно опасен, и от того, что и как он ест, зависит его жизнь. И потому вокруг способов и приемов вскармливания новорожденных всегда много тревоги и споров.

  • И если споры ближе к году часто утихают, то вот тревога часто остается при матери или, что реже, отце ребенка. Это не дискриминация, просто мать биологически связана с кормлением младенца, что и определяет ее уязвимость в этих вопросах.

И вот тут и начинаются танцы вокруг еды – а достаточно ли он съел, а почему он не голоден, а как запихнуть в него брокколи, а что с его аппетитом… Нормально, если мать замечает свою тревогу и пытается понять, откуда она берется.

Родители могут консультироваться с педиатрами, гастроэнтерологами, диетологами и психоаналитиками в случае реальных проблем в питании ребенка. Однако иногда или до специалистов родители не доходят, или специалисту не удается занять маму пищевым дневником, а папу заботой о маме, и тревога выливается в действия. А действия – это значит, что беспокойному родителю нужно делать хоть что-нибудь, но обязательно вокруг кормления: диеты, анализы, обследования, под мультик, под музыку, под «эту ложку за маму»...

Раньше все было хуже – детей физически кормили насильно, и это даже не очень скрывали.

Сейчас ситуация полегче, но отголоски тяжелого опыта через поколение еще догоняют современных родителей. Такую тревогу трудно переработать без помощи специалистов. И тогда в ход идут различные инструменты под девизом «как накормить ребенка».

Есть несколько видов проблемных ситуаций:

Те родители, кто в принципе не выдерживают границы в отношениях с детьми и пытаются стать им друзьями, могут попасть в ловушку детской агрессии, замаскированной под каприз. Ребенок может размазывать кашу по столу, кидаться котлетами, отказываться есть демонстративно или требовать смены блюд по выбранному им самим меню… А попавшиеся родители в это время стараются угодить и задобрить свое дитятко вместо того, чтобы отправить его поголодать пару часов и все-таки нагулять реальный аппетит.

И в худшем случае мы видим даже не скрытое раздражение матери, сварившей пятую кашку, а те варианты, когда ребенку поют песенку и в процессе кашка залетает ему в рот, или бабушка кричит – «а вон птичка!» - когда за окном никого и близко не пролетало, но супчик уже во рту.

  • В таких ситуациях ребенок получает опыт управления свои родителем – когда по его требованию готовят новые блюда, или танцуют и поют. Этот опыт губителен, потому что бессознательно рождает тревогу уже у ребенка. Если он управляет этими взрослыми, то на кого же ему опереться? Кто еще сможет справиться с его злостью и капризами, кто вынесет все это и не отвергнет, но поставит границу?..

Страшно, когда ребенок сильнее родителей. Этот малыш будет стараться снова и снова проверять родителей и границы на прочность – не по злому умыслу, а только для того, чтобы найти наконец строгую, но доброжелательную опору.

  • Если же ребенок обманут – он не использовал свой аппетит, он не тянулся к еде, его отвлекли и засунули эту еду в рот – тогда для него это опыт недоверия свои ощущениям. Он учится не замечать, чувствует ли он голод или он сыт. Ему сказали, что надо есть – он ест. Он не знает, насытился ли он и приятна ли ему конкретная еда. Ему положили в рот, и он жует.

Такой ребенок будет предрасположен к нарушениям пищевого поведения – он сможет есть за компанию, есть не для утоления голода, есть не то, что ему подходит.

  • Еще популярная история – когда ребенку, который «плохо ест», включают мультики или видео на планшете и ребенок, не ощущая ни голода, ни вкуса, ни насыщения, как зачарованный зомби, открывает рот. Дети старше года могут уже есть таким образом и сами.

Они обычно съедают то, что лежит на тарелке, во время еды они не смотрят на еду и не общаются с семьей или взрослым, кто сидит с ними за одним столом, и они также не ощущают свой аппетит или вкус еды в полной мере. Они поглощены мультиками, а не тем, что происходит с ними в реальности.

К сожалению, в таких семьях не только дети ощущают отсутствие понимания и теплых связей с родителями, но и взрослые могут страдать от одиночества и непонимания в паре.

Зато семья не сталкивается и с конфликтами – часть своих чувств и чувств ребенка просто отключают с помощью погружения в виртуальный мир.

Именно такие дети более всего предрасположены к гастритам и прочим сложностям с пищеварением. Ведь то, что мы не можем переработать психически, мы пытаемся «переварить» телом, а ребенок из нашего примера отключен от чувств именно за едой.

  • Конечно, все, что описано выше, не приведет к проблемам, если уставшая мама три раза в жизни посадила ребенка поесть за мультиком, просто падая с ног.
  • И не испортит ребенку аппетит и пищеварение навсегда, если папа пару раз позволил поиграть в планшет за едой, например, в поездке.

Есть моменты, когда состояние родителя важнее. Но если такое состояние у родителей постоянно, то нужно пробовать что-то менять.

Какие же правила могут помочь детям и родителям в вопросах еды?

Рассмотрим три самых важных правила питания для детей:

1. Компания для еды: дети дошкольного возраста не должны есть в одиночестве. Если это и не семейный ужин, то рядом должен быть взрослый, который периодически смотрит на ребенка, слушает его или говорит с ним, даже если одновременно моет посуду или что-то готовит.

Важно, чтобы этот взрослый не смотрел в гаджет, потому что в таком случае общение фальшиво и не дает поддерживающего эффекта – все равно, как если бы поедать резиновую котлету вместо обычной.

Для старших детей – от 10-12 лет - питание в одиночестве - более допустимая история, и тут стоит учесть и семейные правила и предпочтения самого ребенка.

2. Предложение еды: детей не нужно уговаривать есть – еду нужно предлагать. Если вам тревожно, и вы неуверены, что сын наелся, или что дочь не проголодается по долгой дороге, скажите о своем беспокойстве вслух. Даже если ребенку 2 года, объясните, что следующая еда будет через такое-то время. И возможно, он захочет съесть еще кусочек? Если же нет, соберите перекус с собой, раз перерыв действительно будет долгим, а ребенок слишком мал, чтобы это выдержать.

Это задача родителей – обеспечивать питание через определенные промежутки времени для ребенка, а не задача ребенка – наесться впрок.

Если родителям очень тревожно, то можно напомнить себя, что младенцы в среднем приспособлены для питания раз в 2-3 часа, из чего следует, что ребенок постарше готов выдержать перерыв подольше и это безопасно. А также, что ребенок не может пострадать от голода в окружении еды, и он слишком мал, чтобы устроить анорексичную забастовку (анорексия бывает у подростков, чьи частые отказы от еды реально опасны).

По поводу тревоги о том, как и сколько ест ребенок, есть хорошая книга педиатра и многодетного отца Карлоса Гонсалеса «Мой ребенок не хочет есть!», рекомендую.

3. Границы в еде: едим то, что есть готовое, а если это не подходит, то варианты возможны, если у родителей есть желание их исполнить. Конечно, пожелания детей в еде важно учитывать, но вот руководствоваться только ими не нужно.

  • К границам можно отнести и поведение за столом – не играть, не повышать голос, не убегать из-за стола – пока не наелся, не лезть другим в тарелку и прочие обыденные вещи… Конечно, годовалый малыш еще не может исполнить все эти правила. Но он слышит их, каждый раз повторяемые доброжелательно и ясно, и запоминает.

Ребенок хочет, чтобы родители ему радовались и гордились им, он хочет вырасти и стать таким как мама и папа, и именно поэтому родители для него пример.

И если в конкретной семье есть свои правила, и родители и сами едят без «мультиков», не ругаясь, не вскакивая из-за стола к телефону, то детям будет легко повторить этот обычай и уделить еде подходящее ей место.

Арина Покровская, психолог, детский аналитик, декабрь 2017